Юрий ЛИННИК .ГОРА-МИСТЕРИЯ

    Отчет об экспедиции на гору Воттоваара с 30 июля по 2 августа 2011 года.

   Руководитель экспедиции --Шепеленко Марина Михайловна ,автор многочисленных статей  и книг о гиперборейской традиции Карелии,

    Главный эксперт --Юрий Владимирович Линник ,профессор философии,заслуженный деятель

    Культуры Российской Федерации, директор музея "Русский Север ",Хранитель Знаний Северной

   Ведической Традиции.

 

I

 

Воттоваара – гора-мистерия.

Время здесь остановилось в то мгновение, когда грандиозное священнодейство сплотило в одном порыве всех участников, достигнув своей кульминации. Могучее зрелище! Тысячи валунов замерли в позе экстаза, обнаруживая свою причастность к некоему откровению.

Гора превратилась в небывалый амфитеатр. Мистагоги, застывшие на его ступенях, не замечают нашего мимолётного присутствия.

Мы оказались в одном из самых величественных и загадочных мест планеты.

 

II     

 

         Сегодня мы наблюдаем знаменательный процесс, который можно назвать становлениемнеотрадиции: мифы и предания древности обретают для нас животрепещущую актуальность – мы внове переживаем их.

         Об этом свидетельствует растущий интерес к Гиперборее. Арктическая прародина человечества становится магнитной для нас. Она влечёт, притягивает.

         В идее Гипербореи конвергируют две великих цивилизации – древнегреческая и древнеиндийская. Вспомним ключевые мифы:

         – Аполлон ежегодно летит на Север, побуждаемый генетическим импульсом, который он получил от матери Лето;

         – цитаделью индийских богов является гора Меру, находящаяся на Северном полюсе.

 

III

 

         Очевидно, что для наших пращуров и Полярный круг, и Северный полюс были некими экстремумами, возле которых прерывается обыденная реальность, переходя в инобытийные сферы.

         Это были границы здешнего и нездешнего?

Смерти и бессмертия?

         Времени и вечности?

         Пересекая эти порубежья, мы оказываемся в стране блаженных. Зло там одолено навсегда. Торжествует позитив.

         В этих идеализированных тонах грекам и индусам рисовалась их общая прародина? Вытесненные оттуда наступающим ледником, они смогли сохранить в неисповедимых глубинах бессознательного её образы, исподволь оформившиеся в романтические мифы.

         К свидетельствам пращуров надо отнестись с предельным вниманием. Они настойчиво говорят о существовании своеобразного инстинкта, суть которого можно определить так: влечение к Северу –нордотропизм. Не наблюдаем ли мы сейчас активизацию этого инстинкта в самих себе?

 

IV

 

         Человеческая память старше самого человека. Неявно мы помним не только всю историю Универсума, но и премирное, предвечное – включая начальную бездну Единого.

         Мы – гомеомерии Анаксагора, реализующие провокативный для рассудка принцип «Всё во всём».

         Мы – монады Лейбница: малое, несущее в себе великое – части, соравные целому.

Память космогенезиса отразилась в мифе о Мировом Яйце. Новейшие сценарии развития Вселенной в сущности своей совпадают с этим мифом. Можно и нужно говорить о верификации мифа – его фактическом подтверждении.

Получит ли такую верификацию миф о Гиперборее? Мы склонны утвердительно ответить на этот вопрос.

 

 V

 

         Доверимся мифу.

         И попробуем включить механизм, который Платон назвал анамнесисом – припоминанием того, что находится за горизонтом и нашей личной судьбы, и исторического времени.

         Что стоит за мифом о том, как Брахман пахтает океан, используя в качестве мутовки вершину горы Меру?

«Махабхарата» впечатляюще изображает эту акцию как великую, глобальную катастрофу. Идёт перестройка мира. Земля объята пламенем. Сменяются флора и фауна.

Скрывается ли за оболочкой мифа рациональное содержание?

         Вспомним, что Меру находится на Северном полюсе – её вполне можно представить как ось той мутовки, с помощью которой осуществляется пахтание океана.

 

 VI

 

         Мы видим действие гигантского миксера. Перемешиваются и гидросфера, и литосфера; взбаламучена находящаяся под ними магма.

         Можно ли к этой фантастической картине привязать какое-либо реальное событие в истории Земли

млрд – 700 млн лет назад наша планета выглядела неузнаваемо. На её поверхности доминировал единственный сверхматерик Родиния. Будущие континенты смутно угадывались в нём.  Но как странно они были расположены! Поглядите: края плит Антарктиды и Северной Америки соединены – это ли не парадокс?

         И вот заработал мощный миксер!

         Мы оставили протерозой и перешли в кембрий. Нашему взору открывается Земля, какой она была 550 млн. лет назад.

 

VII

 

         Как странно смотрится поверхность планеты! В пустыню Калахари можно напрямую попасть из Индии. А Сибирь состыкована с Балтией. Миксер сейчас работает на полную мощь – неусыпное коловращение ведёт к тому, что континенты дрейфуют с большой скоростью, создавая всё новые комбинации.

         Где конкретно находится мутовка?

         Известно, что Северный полюс мигрирует – восстановив путь его смещений, мы убедимся: в кембрии он должен был пребывать примерно там, где ныне возвышается Воттоваара. Может быть, она и является Меру древних индусов? Сколь ни ошеломительно это предположение, но оно резонно – в свете этой рискованной гипотезы мы вправе утверждать: Воттаваара является реликтовым Северным полюсом.

 

VIII

 

         Сегодня Воттаваара – всего лишь цоколь высокой горы, сточенной эрозией. Её отождествление с легендарной Меру волнует воображение. Подчеркнём: это пока только гипотеза. Но можно ли ей отказать в эвристичности? Воттоваара в её контексте видится центром Гипербореи.

         Вдоль оси вращения геологические процессы идут с особой интенсивностью. Срабатывает эффект центрифуги. Наружу здесь выжимаются наиболее глубокие слои магмы.

         Мать-Земля!

Её культ никогда не прейдёт.

Благодаря выходам магмы животворное лоно планеты вплотную  приближается к нам. На Воттовааре мы вступаем в опосредованный, но тем не менее вполне реальный и действенный контакт с глубиной Геи. Эта глубина словно вывернулась навстречу нам. Она хранит энергетику зиждительных космических зачатий.. Отсюда не знающий себе равных терапевтический эффект Воттоваары.

 

 IХ

 

         Архетип великана устойчиво присутствует в бессознательном землян.

         Неужели он являет лишь игру фантазии? Или за ним стоят некие объективные реалии?

         Фактически этот архетип имеет силу наследственной информации, которую не смогли стереть никакие катаклизмы – он упрямо проявляется в наших снах, мифах, сказках.

         Не существовала ли в докембрии неведомая форма жизни?

         Быть может, она имела циклопические масштабы?

         Это всё лишь умозрительные спекуляции. Пусть они имеют статус игры, но таковая отнюдь не бесполезна.

         Как гора Воттаваара выглядела в докембрии?

         Попробуем представить её на фоне великаньей цивилизации.

 

 Х    

 

           Воображение рисует нечто похожее на «Сказку о замке» М. К. Чюрлёниса. На конус горы навит серпантин дороги. Она уставлена множеством каменных арок. Мы имеем нечто похожее на Стоунхендж, но его подобию придана спиральная форма.

           Это необычный храм.

           И одновременно огромный прибор.

           Он улавливает и усиливает геокосмические токи, разгоняя их в своих витках.

           Так нам рисуется сказка Воттаваары. Волшебная сказка! Этот жанр обладает свойством предварять реальность.

           Сколько ледников прошло через Воттаваару? Стёсывая коренные породы, они обнажали пещеры, внутри которых могли находиться залы для свершения мистерий.

           Знаменитая лестница Воттаваары! Не является ли она элементом пещерной архитектуры?

           Будем мечтать!

           Будем продолжать сказку Воттаваары!

 

                            ХI

 

         Ледники работали как транспортёры, перемещая с северных широт каменные глыбы.

         Не могли ли находиться среди них блоки докебрийских зданий? Или фрагменты гиперборейской архитектуры?

         Геология в таком случае востребует себе на помощь археологию. Но сколь нетривиален предмет изучения!

         Ледник инициирует фантазии о великанах.

         Глядя на гряды ледниковых оз, чей меандр растянут на многие вёрсты, П.А. Кропоткин писал про искусственные насыпи. Но какому племени доступна такая работа?

         Н.К. Рерих в Сердоболе – среди антропоморфных ликов, проступавших из скал – думал о великанах: пейзаж хранит напечатления их титанических усилий.

         Воттаваара кажется колоссальным памятником великаньей цивилизации.

 

ХII

 

         Если саамы использовали Воттаваару как святилище, то они сюда пришли на готовое – мы не находим здесь явных знаков их культурной деятельности.

         Нет поблизости и саамских стоянок.

         Но вот что замечательно: и антропологические, и лингвистические исследования местного населения обнаруживают несомненный саамский след – это волнует и интригует.

         Как правило, саамские сейды – это природные валуны или их группы, ставшие предметомлитолатрии. То есть поклонения камню. Другое дело –  гурии. Они сложены человеком.

         Нынешняя Воттаваара сформирована последним ледником. Вот главная особенность его работы, чьё эстетическое значение трудно переоценить: это впечатление рукотворности – будто мы оказались в окружении артефактов.

 

ХIII

 

         Валун, лежащий на скале: это обычно. Но если под валуном мы видим своего рода подставки, то создаётся ощущение: камень поднят на них с участием разумной силы.

         Ощущения такого рода бесценны. Их надо культивировать. Ведь они напоминают эффектостранения, используемый в искусстве: слегка нарушь естественное положение вещей – и оно начинает казаться чудесным, лучась новизной.

         Воттаваара в целом кажется артефактом.

         Это беспрецедентно.

         У горы, когда-то венчавшей Северный полюс, нет аналога.

 

ХIV

 

         Тем не менее нам не следует посягать на авторство ледника. Попробуем мысленно представить его срез. Десятикилометровая толща льда! Она сплошь нашпигована большими и маленькими валунами. В процессе таяния крупный камень вполне мог опуститься на более мелкие.

Иногда между скалой и валуном имеется продух. Будто глыба вот-вот оторвётся от земли! Она кажется левитирующей. Эти впечатления сравнимы с шоком или стрессом.

         Человек давно вступил в творческий симбиоз с ледниковым ландшафтом. Как никакой другой, этот ландшафт умеет усиливать воображение. Его роль в развитии метафизических представлений трудно переоценить. Партнёрство человека и ледника дало поразительные результаты.

         Воттаваара остаётся здесь непревзойдённым шедевром.