Контакты

Сфинкс Петербурга

Телефон

+7 965 779-27-94

Эл. почта sfinkspeterburga2@yandex.ru

Сергей Яшин. ЛЮБОВЬ ЕСТЬ ЗАКОН, ЛЮБОВЬ В СОГЛАСИИ С ВОЛЕЙ.

ЯШИН СЕРГЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ.

.Родился 21 мая 1964 г.

В 1985 году окончил Московский библиотечный техникум по специальности «библиотечное дело». 

В 1992 году окончил Московский государственный институт культуры по специальности «библиотековедение и библиография».

В 1996 году окончил Университет Российской академии образования по специальности «психолог».

Автор сборников: «Денди Норда», «Инвокации», «Танец Единорогов». Есть переводы на английский язык.

 

ТВОРИ СВОЮ ВОЛЮ: ТАКОВ ДА БУДЕТ ВЕСЬ ЗАКОН.

РАВНОДЕНСТВИЕ

Приветствуй Равноденствия великий ураган.
Богами нашей древности он Посвященным дан.

Из «нет» неотвратимого он утверждает «да»,
Он Хаос, а из Хаоса рождается Звезда.

Младенца Венценосного мы видим естество.
Из бури Равноденствия – вот наше Рождество.

Даны нам знаки тайные и тайная печать,
Дано Богов танцующих по танцу различать.

Мы с факелами знания сошли с форпоста гор.
Нас в центр мироздания ведет владыка Хор.

Вот Чаша переполнилась, в ней вспенилось вино.
Пьянит священной трезвостью причастников оно.

Вот Чаша для Достойного. Достойный к ней приник.
Ты – буря Равноденствия. Ты – солнечный двойник.

Сергей ЯШИН

ЛЮБОВЬ ЕСТЬ ЗАКОН, ЛЮБОВЬ В СОГЛАСИИ С ВОЛЕЙ.

 

ДУХИ

Ваш терпкий аромат довел меня до дрожи,
Он словно фимиам немыслимых грехов.
Сам Вельзевул не знал таких духов,
Их странный аромат ничто не уничтожит.

И плоть, и дух они томленьем гложут.
В них ужас бабочек и трепет лепестков.
Духами Вашими наполнился альков
И веет ядами от воспаленной кожи.

Так дайте мне насытится сполна
Тлетворным запахом, как путнику в пустыне,
Мираж источника испившему до дна.

Я чту Ваш аромат – и Шлюхи, и Богини.
В нем браком сочетался Рай и Ад;
Их плод – флакон порока и святыни.

Сергей ЯШИН

 

ВАШ ДАР
Смотрите, милая, как факелы горят.
И тайный зал причудливо украшен.
Мы пьём вино и нам не страшен
Сулящий гибель медленную яд.

В окно взгляните, нам парят
Химеры над ажуром башен.
И в жаждущее лоно пашен
Роняет Сеятель зерно расплат.

Со мной склоняясь над гримуаром,
Внимаете Вы шелесту страниц
И в смыслы, что неведомы профанам.

Вы тем, любимая, отличны от девиц,
Что в шёлк волос, поймавши певших птиц,
Их щебет раздаёте даром. 

Сергей ЯШИН

НАШ ХРАМ

Храм Наслаждения и Боли
Отныне избранным открыт.
Мы входим, повторив пароли.
Храм Наслаждения и Боли,
Экстаз как будто бы хранит
Четы на жертвенном престоле.
Храм Наслаждения и Боли
Отныне избранным открыт.

Сергей ЯШИН

С ПРАЗДНИКОМ, БОГИНИ.

ТРИОЛЕТ БОГИНЬ

Не знаю, есть, ли Бог иль нет,
Но знаю, точно, есть Богини.
Им посвящаю триолет.
Не знаю, есть, ли Бог иль нет,
Но я молюсь моей святыне.
Не богослов я, а поэт…
Не знаю, есть, ли Бог иль нет,
Но знаю точно, есть Богини.

Сергей ЯШИН

С ПРАЗДНИКОМ МАХАШИВАРАТРИ

РОЩИ

Герои не умрут. Герои будут живы.
Они из племени великих аватар.
Их будит ото сна даммару Бога Шивы,
Они нам принесут великолепный дар.

Пусть зорь тантрических вновь полыхнёт пожар.
И смолкнут те уста, что от рожденья лживы.
И рухнет бастион обмана и наживы,
Что превратил наш мир в немыслимый кошмар.

Герои близятся. Откройте двери храмов
И дайте им вкусить от жертвенной еды.
И дайте вин и женщин без изъянов.

Герои к нам пришли. Они сомкнут ряды,
Чтоб защитить от черни и профанов
Священных рощ созревшие плоды.

Сергей ЯШИН

 

ЛУННЫЙ ТАНЕЦ

Я прикоснусь губами к этой Чаше.
Рога Изиды. Полукруг Луны.
Нам явь пригрезилась; она лишь только сны,
А может сны – все устремленья наши.

Не правда ли что нет, и что не будет краше;
Лишь тех, кто при Луне обнажены.
Тех, кто одежды сбросили вины,
Лишь тех, кто бликами и музыкой украшен.

Из Чаши Лунной будем пить вино,
Где смешаны всех трав и смол всех ароматы.
Лишь избранным испить его дано.

Мы в эту ночь не ведаем утраты.
Смотрите же, нам это суждено:
Не ангелы, не демоны… Но мы опять крылаты.

Сергей ЯШИН

 

Путь Правой Руки,
Путь Левой Руки…
Пульсирует прана
Ночного тумана,
И ритмы пульсаций легки.

Я бронзовый Будда,
Я был и я буду…
С улыбкой взираю на вас.
Здесь даже простуда,
Какое-то чудо,
Какой-то простудный экстаз.

Поднимемся рано;
Не поздно, а рано.
Пойдем на излучье реки.
Что б знать как тумана
Пульсирует прана…
Путь Правой и Левой Руки.

Сергей ЯШИН

 

ГЕНЕЗИС

Когда стих вопль искалеченного Неба и потоки Крови хлынули в Великое Море, Ты явилась Сама, сияя первозданной наготой. Странное безмолвие воцарилось вокруг. 
Серебристые чайки стремительный полет замедлили.
Чудовища глубоководные причудливыми фантомами застыли.
Тритоны в раковины дуть перестали. Смолкли раковины. Только перламутром отливали.
Застыл мир Красотой оглушенный.
Стояла Ты, одной рукой грудь девичью прикрывая, другой же, тайну чресл, натиска мужского еще наведавших. Влага по ягодицам Твоим стекала. Каплями стыдливости дрожала.
Наяды покровы зеленые на Тебя накинули. Ветер играл ими, точно сорвать пытался. Шаловливый.
На берег ступила Ты. Шла, нежные стопы, обжигая о песок горячий. Пчелы вокруг Тебя кружили, словно вокруг розы рдяной. На песок падали опьяненные.
Свита Твоя ликовала.
Во храм беломраморный ввели Тебя.
Семью ступенями восходила Ты.
Семь врат миновала.
Семь светильников у ложа Твоего теплились.
То горлицы ворковали, то стоны сладострастия слышались. 
Многим отдаться Тебе суждено и многим рождение дать, Мать девственная! В циклах бесконечных девство возобновляя, и теряя его в циклах бесконечных. Кровь Свою, проливая на покрывала зеленые. Боль соития. Плоти восторги. 
Блаженство в объятьях. Твоих. Рождение из Лона Твоего.
Но только сильным проходить вратами Твоими. Прочим растворение в водах нахлынувших, или же вороны рассеяния вместо горлиц воркующих.

Сергей ЯШИН

РОНДЕЛЬ БОГИНИ И ЛЬВА
 


Богиня оседлала Льва,
Царя зверей, владыку Юга.
Она теперь его Супруга,
Их ждут благие острова.

К чему ненужные слова,
Коль плоть желанная упруга?
Богиня оседлала Льва,
Царя зверей, владыку Юга.

Сие – за гранью естества,
За чертежом любого круга…
Стыда не знают. Страсть права.
И вот – не ведая испуга,
Богиня седлала Льва.

Сергей ЯШИН

 

ЛУННЫЙ ПЕАН

На глади озера есть лунная дорога.
По ней неспешно шествует Она.
Моя Избранница… Обнажена… Двурога…
И меж рогов изогнутых – Луна.

На грани яви, бреда или сна,
За нею тень, моя, Единорога.
И бездна озера у коего нет дна;
И кроме нас, я ведаю, нет Бога.

Так по воде… По бликам бледно-лунным,
Мы движемся к неведомым лагунам,
Как странники из фантазийных стран.

Для нас звучит причудливый пеан,
Исполненный на серебристых струнах.
Смолкает он… Сгущается туман…

Сергей ЯШИН

 

ВОРОЖБА

Я начертал сокровенные знаки,
Ты разложила костер на поляне.
В сонных деревнях завоют собаки,
В страхе смертельном проснутся селяне.

Дети заплачут в своих колыбелях,
Ласки прервут, обессилив, супруги.
Холодно им на широких постелях,
Плоти бессильны отныне потуги.

Даже покойников что-то тревожит,
Что-то не дремлется им на погосте.
Им не уютно. Им страшно до дрожи…
Что-то томит одряхлевшие кости.

Странных видений пройдут вереницы,
Кто-то заплачет, склонясь к изголовью.
Оборотню страшно в себя обратится,
Плохо вампирам напившимся кровью.

Что стережет пилигримов во мраке?
Кто там крадется неслышно в тумане?
Я начертал сокровенные знаки,
Ты разложила костер на поляне. 

Сергей ЯШИН

 

АЛАЯ ДЕВА

Из Чаши огненной мне поднесла напиток,
Та Дева алая, чье тело как Рубин.
Он был пьянее выдержанных вин
И был в нем восхитительный избыток.

На тяжком бархате колеблемых гардин 
Луна оккультный начертала свиток.
О, Дева алая, восторгом наших пыток
Внимал в саду испуганный павлин.

Смотри внимательно во глубину кристалла
И, постигай, запретов нет для нас.
С моей возлюбленной спадает покрывало.

- Где мы находимся? – Скажи, который час?
- Се, тайный храм, где Божество – Экстаз.
- Се, наступает время ритуала.

Сергей ЯШИН

 

НА ВЕРШИНЕ

На вершине Священной Горы
Ты о чем-то меня вопрошала.
Перед нами мерцали миры,
Как узор твоего опахала.

В Ночь Богов… На вершине Горы…

- В чем причина и суть, ты сказала, -
Этой вечной и странной Игры.
И зачем нам земные плоды,
Коль их Смерть беспощадно пожала.

Так склонившись, ко мне, ты сказала.

Я ответил: все так, до поры,
А потом все начнется сначала.
Только б сердце тебя отражало,
В Ночь, когда на вершине Горы
Ты о чем-то меня вопрошала.

Сергей ЯШИН

 

В РОЩАХ ПАНА

В рощах великого Пана
Флейты звучат неустанно,
Кружат веселые сонмы
Полумужей-полудев.

В рощах великого Пана,
Слышится рокот тимпана.
Здесь никогда не смолкает
Радости нашей напев.

В рощах великого Пана,
Губы – открытая рана.
Словно созревшие гроздья
Плоти манящей извив.

В рощах великого Пана
Все сладострастно и пьяно.
Ласки свои расточаем
Здесь никого, не смутив.

В рощах великого Пана
Ты бесконечно желанна,
Ты бесконечно красива…
Я же, как Зверь похотлив.

В рощах великого Пана
Скроют покровы тумана
Таинство нашего Брака,
Семя и Плод сохранив.

Сергей ЯШИН

 

ЖРИЦА

В небе полуночном реют белые птицы,
Мрачный монах посылает адептам проклятья.
Знак сокровенный повешу тебе на ключицы.
Видишь, Абраксас на нем простирает объятья.

Кто-то в ладонях прячет испуганно лица,
Плачет монах и целует покорно распятье.
Мы же под звезды сойдем, чтобы нам насладиться.
Ласково будем шептать мы друг другу заклятья.

Странных фантомов куда-то скользят вереницы.
Дразнит монаха едва промелькнувшее платье.
Чашу приму я сегодня от избранной Жрицы,
Тайный Грааль в коем Смерть и конечно Зачатье.

Сергей Яшин

 

ШМАШАН

Я вечно танцую, свободен и пьян;
Взойди же, о Шакти, со мной на шмашан.

Мы издревле знаем, что это игра,
И что нам сгорать наступила пора.

Нас пламя охватит, лаская тела,
Лаская до сути… Лаская до тла…

А кто-нибудь детям расскажет про нас,
Чтоб те засыпали в положенный час.

Про то, как в печи оловянный солдат
Огнём трансформаций был тайно объят.

И как балерина припала к нему,
Чтоб искрами взмыть в первозданную тьму.

И дети глубоким забудутся сном,
Но сны будут жечь их всё тем, же огнём.

А мы, пробудившись, покинем шмашан,
И тихо уйдём в предрассветный туман.

Любая разлука ничтожна для нас,
В огне трансформаций, постигшим экстаз. 

Сергей ЯШИН

 

ЗАПАХ ТЬМЫ

У тьмы ночной есть острый запах плоти,
Есть фавна рыжего тяжелый аромат.
Так поздней осенью туманит разум сад,
Плодами сочными в последней позолоте.

Испарина страстей покрыла грудь менад,
Колышется их плоть в мучительной икоте.
Сатиры жадные припали к их дремоте,
Безстыдны позы их и фаллосы торчат.

Налейте мне вина, где запах тьмы и тлена,
Налейте мне вина, где запахи страстей
Щекочут ноздри фавнов и зверей…

Белеют в темноте то груди, то колена;
Я пью из чаш трепещущих грудей
И скалю рот гримасами Силена.

Сергей ЯШИН

 

УЛЫБКА КОЛОМБИНЫ

Твоя улыбка Коломбина,
Мое капризное перо.
Танцует маска Арлекина,
Грустит мечтательный Пьеро.

Пускай рыдает мандолина,
Пускай печалиться Пьеро.
Ведь разогнать истому сплина.
Уже не в силах я давно.

Так смейся, смейся Коломбина!
Рыдай обиженный Пьеро!
В одной руке цветок жасмина,
В другой капризное перо.

Сергей ЯШИН

 

РОНДЕЛЬ БЕЗЖАЛОСТНОГО КОРОЛЯ

Я твой безжалостный король.
Так подчиняйся. Ты – во власти.
Ты бесконечно любишь боль,
Когда заломаны запястья.

Плеть и ошейник – наши снасти…
Тебе известна эта роль.
Я твой безжалостный король.
Так подчиняйся. Ты – во власти.

Губам влажными пароль,
Произнеси в пределах страсти.
Здесь все всецело. Не от части.
Больнее хочешь… Что ж изволь…
Я твой безжалостный король.

Сергей ЯШИН

 

ПАНТЕРА

Крадется женщина-пантера,
Как призрак в черном домино.
Мне распознать ее дано
Во глубине ночного сквера.

Она не кошка, та, что сера,
Когда становится темно.
Крадется женщина-пантера,
Как призрак в черном домино.

Средневековая химера;
И только с нею суждено
Делить пастель и пить вино.
Я знаю много женщин, но, -
Милей мне женщина-пантера.

Сергей Яшин